Intensely eloquent translations which capture the doom-eager splendor of a superbly gifted poet.
— Harold Bloom
«У меня нет любви к жизни как таковой; для меня онa начинает иметь значение, т. е. приобретать значение и вес, только тогда, когда он трансформируется, т. е. в искусстве. Если бы меня забрали за море в рай и запретили писать, я бы отказался от моря и рая. Мне не нужна жизнь как вещь сама по себе ». (Из письма Цветаевой Тесковой 30-го дек. 1925 г.)
В этом новаторском сборнике однострочных рассказов автор нашел идеальное синтаксическое решение проблемы противопоставления прошлого и настоящего: всё происходит одновременно, в одном дыхании, в головокружительном вихре воспоминаний и воображения.
Сборник включает двенадцать рассказов и повестей, посвящённых судьбам иммигрантов и переломным моментам их жизни.
По возвращении в Лондон, Клее становится ясно, что ee новый русский муж стал еще более эксцентричным.
Проведя столетие в раздумьях и телепатическом общении со смотрителем мавзолея из глубин своего стеклянного гроба, Ленин пробуждается в современном мире.
Читатели назвали эту мрачную антиутопию «новым 1984. В обществе, где память стирается, а сопротивление заранее одобрено, свобода не ограничивается, а переосмысляется. По мере того как системы отдаляются от контроля человека, а выбор становится симуляцией, настоящее неповиновение означает отказ от участия в сценарии, даже если система заранее знает, что вы именно это сделаете.
