* * *

Under martial law
I drink tea, boil oatmeal,
and watch TV from the corner of my eye.
Under the laws of wartime
I’m afraid to see, I’m afraid to participate,
I’m afraid to even think about –
Under martial law.
I sleep, make love, and text
Under martial law.
I don’t let myself go too far
and think differently than –
I end up just sitting in silence
in front of a blank computer screen,
from which all icons have disappeared.
Only the icons on the wall are left.
They stare reproachfully, they ask me:
Why do you sit in silence?
Why don’t you raise your voice?
And I answer them all, those icons and these:
I’m scared, o icons and icons,
I’m scared not so much of gunshots –
as of a total uselessness of EVERYTHING.
…And I will continue my silence before the emptiness;
Yet in the end, I will be shot anyway

Under martial law
 

* * *
 

По законам военного времени
я пью чай, варю овсянку,
смотрю краем глаза телевизор.
По законам военного времени
я боюсь видеть, боюсь участвовать,
боюсь даже подумать о.
По законам военного времени
я сплю, занимаюсь любовью и пишу смски
По законам военного времени
я не позволяю себе заходить слишком далеко
и мыслить иначе, чем.
В итоге я просто сижу молча
перед пустым экраном компа,
с которого исчезли все иконки.
Остались только иконы на стене.
Они глядят с укором, они спрашивают:
Почему ты сидишь молча?
Почему не возвысишь свой голос?
А я отвечаю им всем, и тем, и этим:
мне страшно, иконы-иконки,
мне страшно даже не от выстрелов –
от тотальной бесполезности ВСЕГО
…И я продолжу своё молчание перед пустотой;
Но в конце концов меня всё равно расстреляют

По законам военного времени
 

Translated from Russian by Nina Kossman