Solitude and rest
are the gains I know
from stooping all day
in the wind and snow.

The harsh northern gusts
by God’s own device
harry the man who chops
a hole in the ice.

A plank board roof
on a corrugated shack
tells what I own more
than what I lack.

What I lack is the wisdom
to know how God
will raise the dead at judgment
from a frozen sod.

And all the prophets
of the Bible couldn’t know
the virtues of waiting
for a bite in the snow.

Подледный лов

Одинокий покой —
все, что я найду,
горбясь под снегом
у лунки на льду.

Ветром промозглым
Господня рука
хлещет нещадно
с пешней рыбака.

Дощатая крыша,
на стенах жесть —
на виду все, что есть у меня,
да не то, чего несть.

Несть мне мудрости
понять, как Господь
в страшный суд из земли
поднимет мертвую плоть.

Так библейским пророкам
не понять никогда
ожиданья поклевки
средь белого льда.

Translated into Russian by Dmitri Manin