I’ve checked out of my old life
and into a new
with a first-of the-month stipend
and a room with a view.

A one-room in Finntown
on the second floor
with a cubical fridge
and a sign on the door.

A self-contained kingdom,
a rarified hovel,
no shower to fix
or sidewalk to shovel.

Just a bed and a table
and a weekly let,
an ashtray and a remote
for the television set.

A blind for the window
when the cold morning’s break
but a clear view of the sunset
over Bailey’s lake.

Whole days for drinking
while the counsels convene
and never once thinking
what I might have been.
 
 
~ ~ ~
 
 
ВОЗРАЩЕНИЕ В ФИННТАУН
 

Выписался из жизни старой,
И в новую прописался,
комната с видом, пособие даром,
остальное меня не касается.

В Финнтауне комната целая
на втором этаже,
куб холодильника белый,
на двери табличка уже.

Чем не царство и благодать,
редкостная дыра,
Нет ванной – нечего починять,
Снег не сгребаю с утра.

Кровать, стол, стул,
просто, зато не тесно,
телевизионный пульт
достаю, не вставая с места.

Скрывая рассвет холодный,
на окнax шторы висят,
а вечером, вход свободный –
над озером Бейли закат.

Пока соц. работникам судьбы решать,
могу пить, хоть целый день,
а кем я мог бы в той жизни стать
мне даже и думать лень.

Translated into Russian by Marina Eskin